«Русские идут»?

Уже в конце 1945 года в штабе кавалера высшего советского ордена Победы, генерала и будущего президента США Дуайта Эйзенхауэра по приказу Трумэна был разработан суперсекретный план ядерной войны против СССР под красноречивым названием «Тоталити». Он был прост, как натура ковбоя: сбросить 20–30 атомных бомб (трагический опыт Хиросимы и Нагасаки в штабе Эйзенхауэра изучили и взяли на вооружение) на 20 городов Советского Союза, в том числе на Москву, Ленинград, Баку, Грозный, Казань.

Затем американские «миротворцы» родили план «Чартиотир» – сбросить 133 атомные бомбы (арсенал их наращивался в США бешеными темпами) уже на 70 городов, причём на Москву – восемь бомб, на Ленинград – семь.
Как явствует из рассекреченных документов ФБР США, Черчилль тоже, в свою очередь, предлагал США нанести ядерный удар по СССР, но только уже в 1947 году. Тогда он обратился к сенатору от Республиканской партии Стайлзу Бриджесу с просьбой убедить президента США Гарри Трумэна нанести ядерный удар по Кремлю. Черчилль, как утверждают современные «независимые» авторы, считал «предупреждающий» удар единственным способом «воздействовать» на Сталина и достичь того, что СССР перестанет представлять угрозу для Запада… Почему Трумэн на этот раз не послушался своего учителя и духовного наставника (по крайней мере, в плане постулатов о «богоизбранности» англосаксонской расы и «руководящей роли» США в мире), мы дальше скажем, а теперь ещё немного о планах ядерного нападения на Советский Союз, рождавшихся в Пентагоне.

19 декабря 1949 года Комитет начальников штабов США утвердил план «Dropshot» («Дропшот») – официально для противодействия предполагаемому вторжению СССР в Западную Европу, на Ближний Восток и в Японию. План предполагал сбрасывание на первом этапе 300 атомных боезарядов по 50 килотонн и 200 тысяч тонн обычных бомб на 100 советских городов, из них 25 ядерных бомб — на Москву, 22 — на Ленинград, 10 — на Свердловск, 8 — на Киев, 5 — на Днепропетровск, 2 — на Львов и т. д. Для экономичного использования имеющихся средств планом предусматривалась разработка баллистических ракет. Кроме ядерного оружия предполагалось применить на первом этапе 250 тысяч тонн обычных бомб, а всего — 6 млн тонн обычных бомб. Американцы подсчитали, что в результате массированной атомной и обычной бомбардировки погибнет около 60 млн жителей СССР, а всего с учётом дальнейших боевых действий погибнет свыше 100 млн советских людей.

Собственно, планом «Дропшот» почти ничего нового не привнесено, только география запланированных чудовищных бомбардировок всё обширнее, количество сбрасываемых ядерных боезарядов исчисляется уже не десятками, а сотнями, и помимо атомного оружия, предполагалось использовать и мощь обычного тротила.

В конце концов, в 50-70-е годы, с освоением ракетного оружия и безумным наращиванием ракетно-ядерной мощи, они приходят к замыслу устроить на одной шестой земной суши этакий тотальный апокалипсис, в результате чего здесь не должно остаться вообще никакой разумной жизни.

Что же время от времени остужало разгорячённые головы заокеанских ястребов? Не хотелось бы повторять прописные истины, а придётся: остужала оборонная мощь Советского Союза.
Именно её постоянно возраставший потенциал как раз и служил тем холодным душем, который, проливаясь в разведсводках и докладах собственных американских аналитиков, вносил некоторое успокоение в разгорячённые умы пентагоновских, а затем и натовских стратегов.

Так, в 1948 году в Пентагоне разыгрывалась командно-штабная игра «Пэдрон», в ходе которой проверялся план ядерного нападения на СССР под названием «Халфмун». У Советского Союза еще не было собственной атомной бомбы (она не была даже испытана), а выводы пентагоновцев оказались неутешительны: даже подвергнутый бомбардировке полусотней ядерных бомб, Советский Союз выстоит и одержит победу в наземных операциях. Как считали, и не без оснований, американцы, в ответ на ядерные бомбардировки наша страна развернёт масштабные операции мощными группировками сухопутных войск и в течение 7-10 дней оккупирует всю Западную Европу (за исключением Англии). Советские солдаты будут мыть сапоги в водах Ла-Манша… Надо думать, это иногда виделось пентагоновцам в дурных снах.

И как здесь не вспомнить американского министра обороны послевоенного времени Дж. Форрестола, который, как известно, выбросился из окна кабинета с истошным воплем: «Русские идут!»

Доктрина техасского ковбоя

Чтобы понять, как постулаты фултонской речи Черчилля о безусловном и абсолютном доминировании в мире англосаксонской расы трансформировались в конкретную американскую политику, надо припомнить кое-какие моменты, связанные с эволюцией внешнеполитической доктрины США. Дело в том, что г-н Трумэн самолично родил и начал претворять в жизнь собственную доктрину, которая пришла на смену доктрине Монро, президента США с 1817 по 1825 годы.

Доктрина Монро, как известно, провозглашала изоляционизм как главную черту внешней политики молодого Североамериканского государства. Это было продиктовано стремлением дать понять Англии, что недопустимо вмешиваться во внутренние дела недавно образовавшихся государств, то есть, конечно, прежде всего самих Североамериканских Соединённых Штатов.

Во времена Трумэна (и даже несколько раньше) концепция Монро уже ни в коей мере не отвечала амбициям Вашингтона. США по результатам Второй мировой войны превратились в экономическую, политическую и военную сверхдержаву, абсолютного лидера капиталистического мира. Поэтому суть концепции Трумэна – вмешательство во внутренние дела любых государств с целью «противодействия коммунистической угрозе» крайне необходимо, поскольку от падения «демократического» (и неважно, если он окажется на деле самым что ни на есть авторитарным) режима страдают, якобы, интересы США. Вооружившись этим «ценным» наблюдением, Белый дом с первых послевоенных лет деятельно принялся за продвижение своих интересов в Южной Америке, Африке и Европе.

Конечно, политика Трумэна в стиле техасского ковбоя нравилась далеко не всем, особенно тем, кто на собственной шкуре испытал, что с собой несёт пресловутая американская демократия. Ибо многие страны, чьи властные элиты соблазнились посулами оборотистых янки, на деле превратились в сырьевые придатки Вашингтона, а их ресурсы бессовестно расхищались американскими монополиями, что, конечно, не вызывало у местного населения симпатий к США.

Политике президента Гарри Трумэна – верного ученика сэра Уинстона Черчилля – были свойственны просто потрясающие двуличие и беспринципность (чего не сделаешь ради торжества демократии!). Например, в июне 1941 года, на третий день после вероломного нападения фашистской Германии на СССР, газета «Нью-Йорк Таймс» опубликовала статью Трумэна, в которой содержался и такой пассаж: «Если мы увидим, что войну выигрывает Германия, нам следует помогать России, если будет выигрывать Россия, нам следует помогать Германии, и пусть они как можно больше убивают друг друга, хотя мне не хочется ни при каких условиях видеть Гитлера в победителях».

Американские политики, не разделявшие оголтелый антисоветизм и русофобию Трумэна, на своих постах долго не задерживались.
Тоже касалось и безусловного следования в русле «генеральной линии» президента. Так, когда министр финансов США позволил себе не согласиться с президентом по самому пустяковому вопросу, уже через три дня его отправили в отставку.

Давайте вспомним и то, что антикоммунистическая истерия в Америке при Трумэне достигла полного апогея. Именно при нём зародилось движение маккартизма (по фамилии сенатора Джозефа Рэймонда Маккарти), сопровождавшееся масштабными политическими репрессиями против всех инакомыслящих. Разделяя взгляды Маккарти (хотя и не очень афишируя их), Трумэн издал указ № 9835. Этот юридический акт примечателен тем, что он автоматически запрещал приём на работу в государственные органы «неблагонадёжных» элементов, под которыми подразумевались прежде всего люди, придерживающиеся левых взглядов или просто выражающие какие-либо симпатии к «Советам».

А пресловутая Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности охватывала практически все сферы жизни США. Не ограничиваясь одними государственными служащими, инквизиторы из этой Комиссии фактически осуществляли внесудебные расследования в отношении многих деятелей культуры и искусства.

Сам же сенатор Маккарти, ничтоже сумняшеся, однажды во всеуслышание заявил: «У меня на руках список из 205 сотрудников Госдепартамента, которые оказались либо имеющими членский билет, либо безусловно верными коммунистической партии, но которые, несмотря ни на что, все ещё помогают формировать нашу внешнюю политику». Надо ли говорить, что вскоре список этот был пополнен фамилиями ещё тремя тысячами американских чиновников, вина которых заключалась только в том, что они «с сочувствием относятся к коммунизму и СССР». И практически все фигуранты этого списка были уволены с работы с «волчьим билетом».

Антикоммунистическая истерия привела к тому, что по примеру нацистов в США после проверки книжных фондов публичных библиотек было изъято около 30 тыс. наименований книг «прокоммунистической направленности».
И не случайно в этот перечень запрещённой литературы попали многие писатели прежде всего гуманистической направленности, как европейские, так и американские.

Но на этом распоясавшийся «великий инквизитор» Маккарти не остановился. Он обнародовал в печати свой доклад о коммунистической «фильтрации» на радио и телевидении, который был, что характерно, назван им «Красные каналы». В докладе называлось 151 имя деятелей искусств, которым были предъявлены требования оставить работу в средствах массовой информации, признавшись в «прокоммунистической» деятельности.

Таким образом, все, кто осмеливался публично выражать симпатии к советским и русским людям, подвергался жесточайшей обструкции и без сожаления выбрасывался на обочину жизни.

Подводя всему сказанному итог, хочется посоветовать российским либералам и их подголоскам, сегодня поющим осанну Вашингтону, Лондону, Парижу и т.п. за антироссийские санкции и «принципиальный» курс в вопросах Крыма и Донбасса, быть более взвешенными в своих оценках. И пусть они познакомят россиян с нелицеприятными фактами из политической жизни американцев и британцев, с тем, что собой на деле являла фултонская речь Уинстона Черчилля, послужившая сигналом к обострению отношений Запада с Советской Россией. И в какие безумные траты на вооружение, в какие дьявольские аферы на свержение неугодных режимов вылилась вся эта политика «благих намерений», которые, как известно, ведут только в ад, и никуда более. Ведь, как мы видим, в США послевоенного времени, которые выдаются Черчиллем за образец для всего мира, было всё. И репрессии против инакомыслящих. И теории англо-саксонского расового превосходства. Грозящие вселенской катастрофой безумные планы ядерного нападения на СССР. Жгучая ненависть к тем, кто посмел встать на пути «катка демократии».

И здесь не уйти от вопроса: не повторяется ли сегодня в США и вообще во всём «свободном» мире эта история, только на новом витке?
А возвращаясь к теме о «железном занавесе», легко сделать вывод, по чьей вине он опустился, кто сделал так, что едва ли не тотчас после завершения Второй мировой человечество вновь было ввергнуто в противостояние, получившее название холодной войны. Исторические параллели и с нашим временем – очевидны.
Показать полностью...
73.05%
120%
10.17%

Полезные видео

История

Резонанс

Похожие записи (3)

TBEx