Сталинский СССР против США. Начало Холодной Войны
Сталин осознавал, что будущая война явится войной моторов. Необходимо было немедленно строить сотни современных заводов - и без всякой помощи Запада. Обедневший, измученный первой мировой, а затем гражданской войнами народ - и никто другой - должен был дать и средства, и труд для создания новой промышленной базы. Основная тягота легла, однако, не на плечи рабочего класса, а крестьянства. Оно было принесено в жертву будущей победе. Сталин закрепостил его.

Сталина попрекают за эксплуатацию народа в двадцатые и тридцатые годы - от его труда государство присваивало очень многое безвозмездно (зато присваивало, действительно, государство, а не кучка богатеев, прорвавшихся к власти, которая ныне не платит людям зарплаты и пенсии, кладя выгоды от задержки себе на личный счёт).

А какой выход имелся у Сталина? Его не было. В условиях неизбежной и скорой войны, которая требовала могучей промышленной базы, выбирать не приходилось. Война назревала с каждым часом. Сталин отодвигал её всеми доступными средствами - каждый месяц, каждый год мира приносили стране заметный прирост силы, иначе говоря - защиты.
Ещё пуще страна нуждалась в мире после 1945 года. Немцами она была сожжена и разрушена до последнего фонарного столба от Ленинграда на Неве и Сталинграда на Волге, до Новороссийска на Чёрном море - площадь, равная почти всей Европе.

Годы сотрудничества с Америкой и Англией в схватке с Германией, предварительные беседы с Рузвельтом вселили в генералиссимуса (а по военным знаниям и опыту Сталин действительно являлся генералиссимусом) надежду на серьёзную денежную помощь Запада в восстановлении СССР, на это, кстати, рассчитывал и чуткий на поживу Уолл-стрит.
Поворот небывалой крутости был заложен Трумэном сразу же после кончины (убийства?) Франклина Делано Рузвельта 12 апреля 1945 года (он умер на сеансе позирования американской художнице). Недаром Сталина столь встревожила, обеспокоила и огорчила смерть Рузвельта (1882-1945). Он без всякого промедления посылает в Вашингтон Молотова: генеральному секретарю важно знать, не изменятся ли планы союзника.

Ни слова сочувствия. Черчилль в душе недолюбливал Рузвельта, полагая, будто тот слишком часто плетётся на поводу у Сталина. Но Рузвельт не шёл на поводу у Сталина. Пользуясь условями войны, Рузвельт последовательно усекал могущество Британской империи в пользу Америки, о чём можно прямо прочесть в воспоминаниях старшего сына президента США. Для сего президент США иногда становился за спину Сталина.

Политика Рузвельта отличалась большей разумностью и, я бы сказал, честностью, хотя и он "засовывал за пазуху атомную бомбу", как средство будущего запугивания Советского Союза (иначе зачем скрывать её секрет [131]). Это в июле сорок первого Рузвельт сумел провести в конгрессе большинством всего в один голос закон о призыве на военную службу, без которого американские вооружённые силы очутились бы в сложном положении с нападением Японии 7 декабря 1941 года. И это он, Рузвельт, заявил на совещании с Черчиллем в бухте Арджентия в августе 1941-го: "На Севере не должно быть дальнейших посягательств". Президент имел в виду посягательства Японии на восточные земли России.

После 12 апреля 1945-го планы США изменились необычайно: от сотрудничества к военному противостоянию, окрещённому вскоре "холодной войны", что и наводит некоторых историков на мысль об устранении Рузвельта, хотя уже на конференции в Ялте (4-11 февраля 1945 года) Рузвельт производил впечатление человека, совершенно изнурённого, очень больного (это можно заметить и на документальной ленте о Ялтинской конференции). А тогда, в апреле сорок пятого, Молотова недостойно грубо встретил Гарри Соломон Трумэн - вице-президент США, принявший на себя полномочия президента. Сталин уразумел: Запад не только отказал в помощи для восстановления, но и хочет использовать ослабление Советского Союза после войны для того, чтобы поставить его на колени. Со Сталиным такие номера не проходили.

Упрекают, будто при Сталине жилось бедно. Не Сталин выбрал бедную жизнь, а Запад не дал советской России подняться к зажиточной жизни. Сначала безумствовал Гитлер, после - американский империализм в "холодной войне".
Очень важное уточнение:

"В заключённом летом 1943 года на Квебекской конференции соглашении, подписанном Рузвельтом и Черчиллем, отмечалось, что атомная бомба явится "решающим фактором в послевоенном мире и даст абсолютный контроль тем, кто обладает её секретом. Президент и премьер-министр обязались не передавать третьей стороне никакой информации "без взаимного согласия"
Соглашение было подписано приблизительно за полгода до Тегеранской конференции - встречи Сталина, Черчилля и Рузвельта в конце ноября 1943 года, на которой, кстати, переводчиком оказался Бережков. Смысл соглашения очевиден: после войны зажать Советский Союз в тиски политикой силы, то бишь загнать на колени.

Сталин принял вызов США, иного выхода не существовало.
"Укреплять и обороноспособность страны, чтобы не повторился 1941 год - вот генеральное настроение Сталина после Великой Отечественной войны", - отмечает писатель Карпов в своей книге о великом полководце, русском самородке "Маршал Жуков. Опала" (М.: Вече, 1994).
Сталин повернул страну на этот новый путь и добился победы.

Страна восстановила народное хозяйство (кстати, отменила хлебные карточки 16 декабря 1947 года - раньше всех европейских государств), создала атомное оружие и приступила к созданию ракетной техники. А с конца 1940-х годов стал неуклонно возрастать и жизненный уровень народа.

Опять-таки представляют интерес свидетельства бывшего переводчика Сталина Валентина Михайловича Бережкова. Кто ближе стоял к тем событиям?...

"...до 1940 года, ситуация (положение. - Ю.В.), по крайней мере в больших городах, пришла в норму. Так же было и в послевоенные годы, после того как в 1947 году объявили денежную реформу и отменили карточную систему. Только первую пару недель наблюдались очереди. После этого, благодаря постоянному притоку продуктов, ажиотаж исчез, и торговля пришла в норму. Крестьянам снова разрешили держать домашний скот и увеличили приусадебные участки.
В одной из бесед с Микояном я спросил, каким образом такой результат
удалось достичь в 1935-м и 1947 годах? Он ведал тогда не только внешней,но и внутренней торговлей и хорошо знал, как это делалось.

- Прежде всего, - объяснил он, - путём строжайшей экономии и одновременного наращивания производства удалось накопить большие запасы продуктов и товаров народного потребления. Сталин лично следил за этим и строго наказывал нерадивых производственников. Провели огромную работу по доставке всего этого к местам назначения, оборудовали склады и холодильники, обеспечили транспорт для развоза по магазинам, особенно в пиковый первоначальный период, когда люди ещё не поверили в стабильность рынка. Заранее отремонтировали и красиво оформили магазины, мобилизовали продавцов на специальные курсы. И строго предупредили работников торговли, что за малейшее злоупотребление, сокрытие товара и спекуляцию те ответят головой. Пришлось нескольких нарушителей расстрелять. Но главное - не растягивать снабжение, не выдавать его по чайной ложке, а выбросить в один день во все промышленные центры. Только это могло дать нужный эффект.

Сейчас некоторые наши исследователи утверждают, что тогда снабжали только Москву и ещё два-три крупных города. Это неверно. Летом 1935 года мне пришлось с группами интуристов побывать во многих городах. Я специально (особо. - Ю.В.) заходил в магазины, смотрел, чем торгуют. Везде был хороший ассортимент (набор. - Ю.В.) продуктов и товаров. А главное - отсутствовали очереди и никто не приезжал в крупные города за продуктами.

Конечно, тогда были специфические (особые. - Ю.В.) условия. Был страх и были жестокие расправы с нарушителями правил торговли. Вероятно, принимались и меры по ограничению въезда посторонних в города. Но параллельно шло и улучшение положения в деревне. Разрешили иметь в личном хозяйстве крупный рогатый скот, поощряли работу на приусадебных участках. Да и колхозникам, не видящим иного выхода, находившимся в тисках железной дисциплины, пришлось работать на обобществленных полях лучше, чем раньше.

Надеясь на лучшее будущее, люди верили, что он (Сталин. - Ю.В.) приумножает богатства страны для блага народа.

Мирное развитие давало Советскому Союзу неоспоримое преимущество. Он очень быстро набирал хозяйственную мощь, но мощь независимую ни от кого.
Трумэн пользовался неприязнью не только у наших людей. Читаем в романе "За рекой в тени деревьев" нобелевского лауреата по литературе американца Эрнеста Хемингуэя (1899-1962) - всю жизнь почитал я этого писателя:

"...я никогда в жизни не носил галстука бабочкой и никогда не был прогоревшим галантерейщиком (как Трумэн. - Ю.В.). Нет у меня данных, чтобы стать президентом. Я даже оппозиции не мог бы возглавить, ведь мне не приходится подкладывать под зад телефонные справочники, когда меня фотографируют (видимо, из-за малого роста Трумэн мог бы подкладывать, или подкладывал, толстенные телефонные справочники. - Ю.В.)... Теперь ведь нами правят подонки. Муть, вроде той, что остаётся на дне пивной кружки, куда проститутки накидали окурков. А помещение ещё не проветрено, и на разбитом рояле бренчит тапёр-любитель..." [134].

Так что в моих оценках не столь уж много пристрастия, есть правда времени. Её же затирают из последних сил, дабы переиначить мировые события. Всё свалить на Сталина, благо, что бывший семинарист был тяжёл на руку. Вот и поверят...

Атомный шантаж, гонка вооружений, "холодная война"... - слова-то бумажные, а за ними - натуга, горе!... Как те чувства передать? Только Гитлера с плеч сбросили, только повели плечами, чуть распрямились, а на плечи снова не зверь, а зверище насел...

А горе было-то... Досыта не ели до конца сороковых. Дорожили каждым куском хлеба и сахара, каждым глотком молока. Штаны, рубашки латали, штопали, носили до ветхости... И обмылок берегли... Каждая новая пара обуви - радость, её обсуждали. Гордились новой обувью. Сперва надевали по праздникам. Ламповый радиоприёмник - событие, его водружали на почётное место в доме. Не каждая семья и могла купить, слушали тарелку-транслятор. Копейку за копейкой откладывали, чтобы скопить на брюки, на часы, на велосипед или книгу. Кто имел фотоаппарат или велосипед, на виду был...

А нас впрягли в новую гонку, новые непомерные расходы средств, новую трату сил, новое натяжение дисциплины труда и быта... Для того и были аресты и лагеря, дабы в зародыше не допустить недовольства или жалобы на тяготу жизни она ещё крепче придавила, пригнула, аж зарябило в глазах...
Победа СССР над Гитлером чрезвычайно подняла авторитет Сталина в мире. Ни тогда уже покойный Рузвельт, ни Черчилль, ни де Голль не могли с ним соперничать.
Какой была Европа после мая 1945-го? Что мы помним о ней, - вернее, чему позволили остаться в нашей памяти после бесконечных "промывок мозгов" телевидением, газетами, радио и всей оравой прислужников Запада?
Почти все упускают из памяти силу и мощь сталинизма, как воплощения социалистической идеи. Это была правда исстрадавшегося, гордого народа, сумевшего, по сути, в одиночестве отразить не только своего самого могучего врага, но и врага человечества. После поражения Германии и Италии влияние СССР и коммунистических идей (а это во многом олицетворялось в Сталине, было нераздельно с ним) захлестнули свет. С окончанием войны капиталистическая система очутилась в опаснейшем кризисе.
Красный Китай с его громадным населением отвоёвывал у гоминьдановцев уезд за уездом, провинцию за провинцией, пока 1 октября 1949 года не провозгласил свою победу.
Левые силы господствовали в Европе, и это наводило ужас на масонский Большой Сейф. Наиболее внушительны оказались успехи левых сил во Франции и Италии.
Во Франции компартия во главе с Морисом Торезом обрела такую силу - уже нельзя было собирать правительство без её участия. Лишь национальный гений генерала де Голля предотвратил крах буржуазной Франции и возникновение просоветской Франции.

В Италии компартия во главе с Пальмиро Тольятти (Эрколи) становится ведущей политической силой. Не займи поспешно Италию англоамериканские войска, она тоже вполне могла стать просоветской. Вооружённый народ Италии настроен был резко прокоммунистически и противокапиталистически. В апреле и мае 1945-го Италия тонула в море красных знамён. Всюду звучали рабочие и коммунистические марши. Рабочий "Интернационал" бывшего рабочего Пьера Дегейтера (1848-1932) он написал музыку - шествовал в тот год вместе с весной.
В Югославии, далеко выдвинутой в Европу, уже торжествовала советская власть. Тито железной хваткой собрал все народы своей страны в единый союз.

Европа вся: большая - и малая, срединная - и западная, северная - и южная - становилась прокоммунистической и просталинской. Сталин являлся вождём большинства людей. Расположение рабочего класса Европы принадлежало Советскому Союзу. Рабочий класс верил в правоту социализма. Имя Сталина было у всех на устах.

Надо иметь в виду, что коммунисты 1940-х - начало 1950-х годов и коммунисты 1980-х годов, - в сущности, от разных партий. Я бы сказал, неузнаваемо разных. Партийный коммунизм 1980-х и 1990-х годов - это в худшем виде оппортунизм и буржуазный реформизм. Зато он позволяет ничем не рисковать вожакам, более того, наслаждаться дарами жизни. Они вымаливают уступки с трибун и в приёмных министерств, а то и входя в реакционнейшие правительства Ельцина и отлично приживаясь в них. Да и сам Ельцин откуда?... Прямёхонько свалился из политбюро... Гнилые потомки борцов...

А тогда, после 1945-го, коммунистическое движение пробуждалось в таких уголках земли (и далеко не только на средства Москвы), где совсем недавно и предположить о нём было нельзя. И всюду знаменем людей становилось имя Сталина.

Это вызвало яростное противодействие США и Англии. К 1946 году положение США, как оплота капитализма на земле, оказывается всё более сложным. Капитализм трещал под напором сталинизма.

1945-1950-е годы, но особенно первые послевоенные годы, - время исключительного успеха коммунистических сил в Европе. Казалось, капитализм доживает последнее десятилетие.

Именно в предчувствии сего США повели с февраля сорок пятого тайные переговоры с приближённым Гиммлера и главным представителем СС при армейской группе "ЦЦ" эсэсовским генералом Карлом Вольфом в Швейцарии (за спиной Гитлера), хотя Рузвельт впоследствии от них всячески открещивался. В Вашингтоне знали, какими станут народы после победы.
Именно потому 5 марта 1946 года Уинстон Черчилль взойдёт на кафедру в фултонском Вестминстерском колледже. У нас об этом не писали (Сталин, очевидно, полагал, что "лишняя" осведомлённость наносит людям только вред), но Черчилль не просто призовёт к борьбе с Советским Союзом. Он объявит войну англо-саксов народам России, прежде всего русскому. Он так и сказал: главным в выступлении является предложение о создании "братской ассоциации (объединения, союза. - Ю.В.) народов, говорящих на английском языке". И это он провозгласит отказ от политики "баланса сил" во имя политики с "позиции силы". Он многое что наговорил в тот мартовский день. Речь получилась длинной. После он повторил её в Нью-Йорке. Человек, который слушал её в Нью-Йорке, рассказывал мне о своих впечатлениях. Кстати, её пустили по большинству радиостанций США и
передавали, где доступно, через громкоговорители. Человек этот ехал с Уолл-стрит и слышал, как Черчилль рычал в мощных динамиках. Для него, кто вёл переговоры на Уолл-стрите об американских кредитах для
восстановления народного хозяйства СССР, эта речь явилась полной и
непонятной неожиданностью. Ведь переговоры успешно продвигались к
завершению. Всё складывалось как нельзя лучше и к обоюдному согласию и выгоде. Что же случилось?...

А позже возьмут и "пришьют" "холодную войну" Сталину. Да намерения Советского Союза были совсем другими! Это уже после речи Черчилля весь белый свет взбесится, и завертится антисоветский шабаш.
Показать полностью...
109.73%
80%
132.43%

Полезные видео

История

Резонанс

Похожие записи (4)

Первые снимки с новой орбиты «Кассини»

Аппарат «Кассини» приступил к предпоследнему этапу своей миссии. Станция перешла на орбиту, которая проходит на расстоянии примерно десятка тысяч километров от края внешнего кольца F. Аппарат уже завершил один виток, осталось еще 19. Во время каждой такой орбиты станция проходит над полюсами планеты. В южном полушарии Сатурна сейчас зима, так что полюс пребывает в тени, а вот северный полюс наоборот, отлично просматривается. И это хорошо, потому что именно на нем расположен знаменитый гексагон. Представленное ниже его фото было сделано 3 декабря с дистанции 390 тысяч километров.

Естественно «Кассини» будет снимать не только северный полюс Сатурна, но и будет делать фото с «края» колец. Просто нужно немного подождать. Пролеты рядом с кольцами сопряжены с повышенной опасностью (возрастает риск столкновения аппарата с частицей), и именно поэтому эти орбиты были отложены для финала миссии. Во время последних витков «Кассини» должен будет собрать максимум информации о структуре колец и собрать данные, позволяющие оценить их точную массу.

Ну а пока, вот еще один коллаж гексагона Сатурна. Фото были сделаны через фильтры на разных длинах волны, и как видите на каждом из них шестиугольный шторм выглядит по разному. С левого верхнего угла по часовой стрелке: 420 нм (фиолетовый), 648 нм (красный), 728 нм (ближний ИК), 939 (ИК).
Источник: https://vk.cc/5Wx2QX
Показать полностью...
101.41%
100%
104.69%
Межпланетная станция «Юнона» начнет новый облет Юпитера с включением почти всех научных приборов

https://naked-science.ru/article/sci/yunona-prigotovilas-k-tretemu-obletu

96.85%
100%
89.5%
TBEx